е к ним приходит позже -- и первые удив­ляются
  такой метаморфозе вторых, не всегда умея правильно оценить духовные взлеты,
  профессиональ­ные и иные успехи, принимая все за случай, за удачу, не видя
  подготовительной работы души...
   Вспоминая давно прошедшие дни, он сделал для себя еще одно открытие:
  чем дальше они уходят, тем яснее и четче их видишь, и теперь многое, над чем
  когда-то бился, мучился, запоздало легко открывается, но все эти открытия
  только добавляют печали -- ведь всего-то порою нужно было войти в другую
  дверь. И открытие не бог весть какое, про­писные истины, скажет иной, обо
  всем этом писано и переписано, он даже знал слова поэта -- "помню только
  детство, остальное не мое", -- но даже в самых умных книгах это был чужой
  опыт, а когда чужой опыт, один к одному, подтверждается личным, это уже
  другое дело, и тогда-то твое открытие подни­мается в твоих же глазах,
  обретает особенную цен­ность. Хорошо, если время подтверждает твою пра­воту
  и пусть запоздало, но доставляет тебе удов­летворение, а если, наоборот,
  время безжалостно высветит твои ошибки, заблуждения, и ладно, коль за свои
  промахи ты заплатил сам, -- обидно, но спра­ведливо. А если за них
  расплачивались другие? Что может быть тягостнее, чем признать за собой
  такое, тем более если ты всегда был убежден, что живешь и жил только по
  справедливости, боролся и отстаивал только ее?
  
  
   4
  
   В его студенческие годы стройотрядов еще не было, в каникулы они ездили
  на казахстанскую целину.