что одного
  желания, даже самого страстного, искреннего, ой как мало. И только тогда он
  по-настоящему осознал, почему некоторые препо­даватели выделяли Гирея,
  ценили в нем эрудицию, кругозор, интеллект. А ведь еще совсем недавно
  Амирхану казалось: чтобы стать хорошим юристом, путь один -- учись на
  пятерки, у кого красный диплом, тот и лучший юрист. Сейчас, в акмолинской
  степи, не отметая и не принижая значения диплома с от­личием, он понимал,
  что вместе со знаниями в нем должна созреть личность, душевный потенциал
  кото­рой, подкрепленный истинным знанием права, даст ему моральное право
  быть судьею другим.
   Амирхан Даутович, вернувшийся с прогулки рань­ше обычного, правильно
  рассчитал, что в эту ночь ему действительно не заснуть. Уже затихли улицы,
  угомонились все в микрорайоне, и ночная свежесть, прибив вездесущую пыль,
  пала на город. Во всем жилом массиве ни в одном, окне не горел свет, только
  в квартире Азларханова попеременно свети­лось то одно окно, то другое,
  словно там искали что-то важное.
   Амирхан Даутович ходил из кухни в комнату, которая служила ему и
  спальней, и кабинетом, при­саживался на постель, но желания прилечь не было.
  Он подходил к одному, к другому окну, вглядывался в безлюдный ночной двор,
  замечая даже при слабом лунном свете его неустроенность, неуютность,
  за­пущенность, неубранную помойку и свалку, возле которых копошились кошки и
  собаки. Глядя на это запустение, можно было подумать, что в домах вок­руг
  обитали временные жильцы, и