альню;
  вернулся в зал по-прежнему спокойным, уравновешенным -- он умел владеть
  со­бой.
   -- Не люблю, когда срываются планы. Сегодня я собирался ввести вас в
  курс дела, но не хочется впопыхах. Отложим на послезавтра. Я должен сроч­но,
  сейчас же, выехать в Ташкент. А вы решайте пока свои личные дела с Икрамом
  Махмудовичем, устраивайтесь. -- Артур Александрович взял со стола ключ и
  протянул его прокурору. -- Это от номера надо мной, посмотрите и
  оформляйтесь. -- Он по­молчал. -- И вот что я вам скажу на прощанье... Я
  специально не затронул этой темы вчера, считал, что ваше согласие работать с
  нами должно быть добровольным. -- Он посмотрел Амирхану Даутовичу прямо в
  глаза. -- Я думаю, у вас есть еще одна причина сотрудничать с нами и,
  насколько я знаю вас, более важная, чем деньги, но вы о ней еще не
  подозреваете. Так вот, я думаю, теперь у вас появится возможность свести кое
  с кем счеты... Доберемся и до Бекходжаевых -- дайте только срок. А пока --
  всего хорошего.
   Когда Азларханов вышел из номера, у окна в коридоре курил тот самый
  молодой человек в красной рубашке. Увидев Амирхана Даутовича, он, от­бросив
  сигарету, улыбнулся как старому знакомому, но Азларханов, словно не замечая
  его, прошел к лестнице, ведущей на четвертый этаж.
   Вернулся Амирхан Даутович с Файзиевым из соседней области поздно
  вечером, затемно. День выдался напряженный, и от каждодневной прогулки
  пришлось отказаться. Так устал, что и покупки раз­глядывать не стал, свалил
  коробки,