годой,
  это, на мой взгляд, талант мел­кого махинатора, цель которого -- заработать,
  ну, скажем, сто тысяч, двести, на большее при таких жизненных устремлениях
  не потянешь. Давно, когда я уже имел четкую модель своего айсберга, я
  про­читал интересную статью о японском судострое­нии -- это одна из
  древнейших и одна из наиболее современных отраслей человеческой
  деятельности. Здесь ныне сфокусировались все достижения науки и техники.
  Японцы строят в принципе непотопля­емые суда. Раньше достаточно было
  пробоины, и корабль шел ко дну. Теперь же редко какой удар может оказаться
  для корабля роковым, страдает только его часть, остальные отсеки,
  неповрежденные, держат судно на плаву. Больше того, из соседних отсеков
  можно успешно устранить аварию, если не возникла паника.
   Еще не ведая о специфике судостроения, я создал примерно такую же
  модель непотопляемого айсбер­га. Полную картину знают, кроме меня, двое:
  глав­ный бухгалтер и главный экономист, можно сказать, мы денно и нощно
  стоим на вахте. Но вряд ли кто принимает их за членов мозгового треста, да и
  мне нет резона выпячивать их роль. Даже пайщики уверены, что все
  сосредоточено у меня в руках, хотя некоторые думают, что ответственность со
  мной разделяет Икрам Махмудович.
   За людей, составляющих мозговой трест, я не тревожусь и доверяю им как
  самому себе. Нет, не потому, что запугал их или они чем-то намертво
  завязаны... Просто они люди умные и знают, что айсберг непотопляем.