тому
  после бессонной ночи Икраму Махмудовичу "Боржоми" в тяжелый хрустальный
  бокал -- чувствовалось, что Файзиев появился лишь минутою раньше, наверняка
  зная, что застанет здесь своего компаньона. Перекинувшись с Шубариным
  двумя-тремя фразами, Плейбой от обеда отказался и ушел отдыхать.
   Глядя на Шубарина, никто бы не предположил, что у него за плечами
  бессонная ночь, а до обеда он уже провел в трех местах планерки, посетил два
  ремонтных завода и нанес визит в горисполком.
   Ритуал обеда, похоже, тоже был выработан давно и носил деловой
  характер: суеты не было, все чинно, размеренно, но в этой размеренности
  чувствовался ритм, и Адик с ног не сбивался -- он хорошо владел своим
  ремеслом, не зря же ценил его Артур Алек­сандрович. На обед они затратили
  ровно столько времени, сколько и в первый раз. Амирхан Даутович обратил на
  это внимание -- отныне он должен был свыкаться с ритмом жизни Японца.
   Когда они поднялись из-за стола, прокурор уви­дел, что Ашот тоже в
  зале, и обедал он за тем же столом, где и в прошлый раз. Видно, Артур
  Алек­сандрович все, что мог, доводил до системы, до автоматизма, подвергал
  все тщательному учету и анализу, ничто в его поступках не было случайным, и
  это следовало учитывать, если задумал разобраться в конструкции его
  системы...
   -- Давайте пройдемся до службы пешком -- вам ведь вчера не удалось
  погулять, -- предложил Артур Александрович и подал знак Ашоту, уже
  дожидав­шемуся их в машине. "Волга", медленно