Ликург еще раз оглядел свой новый кабинет, заглянул в
  пустой сейф, обратив внимание на сложную систему запоров, подошел к окну.
  Окна выходили на площадь; внизу, у подъезда, машины Ашота уже не было.
   Амирхан Даутович перебрал восемь папок, ле­жавших на столе, как бы
  раздумывая, с которой начать. Он прекрасно понимал, что уже в ближай­шую
  неделю необходимо выдать какой-нибудь до­кумент, и эта бумага должна была
  поднять его авторитет и в глазах Шубарина, и в глазах двух главных
  финансистов управления, которые, кажется, несколько скептически отнеслись к
  приглашению юриста в свои ряды. Но последний монолог Шу­барина прояснял его
  роль до конца. Уж, конечно, им, своим компаньонам, он не разъяснял основную
  задачу юриста так, как обрисовал ее пять минут назад. Откровенничая во
  многом, он даже при вер­ноподданном Ашоте не сказал, что главная цель юриста
  -- отвести ответственность от него самого и по возможности распределить ее
  на большее коли­чество плеч, особо не боясь перегрузить Икрама Махмудовича
  -- у того защитников в области най­дется достаточно.
   Он еще раз подумал о дальновидности Шубарина: два старичка, помогавшие
  ему создать айсберг и до сих пор являющиеся его главными экономиче­скими
  советниками, вряд ли могли быть привлечены к ответственности, и, в случае
  чего, весь удар при­шлось бы принять на себя Японцу, а он, естественно,
  этого ой как не хотел.
   Взяв наугад первую папку, Амирхан Даутович приступил к изучению
  документов. Уже через час ему понадобилось