влении, гостинице, ре­сторане -- имел друзей и знакомых. Он
  мастерски умел разыгрывать этакого беспечного доброго ма­лого, сохраняя в то
  же время предельную собран­ность. Амирхан Даутович, знавший приемы слежки,
  догляда, попытался дважды, крайне осторожно, про­верить, надежно ли он
  блокирован Джиоевым, и был поражен его мертвой хваткой.
   Однажды после прогулки он зашел в ресторан, где за обычным своим
  столиком сидели Шубарин и Файзиев и еще несколько молодых людей, при­ятелей
  Файзиева. Веселье в "Лидо" в тот вечер пле­скалось через край. Перепелок на
  вертеле жарили во внутреннем дворе ресторана, на воздухе, там же грелся на
  углях трехведерный самовар, и прокурор частенько по вечерам спускался вниз
  для того, чтобы выпить чайничек-другой чая. Адик заваривал заме­чательно, да
  и чай хороший у него не переводился. Поэтому, когда Амирхан Даутович
  появлялся по вечерам в зале, Адик тут же ставил перед ним свежезаваренный
  чайничек.
   Так произошло и в этот раз. Компания была увлечена разговором, но
  появление Амирхана Даутовича встретили со вниманием. Всем почему-то тоже
  захотелось чаю, и два чайника, что принес Адик, вмиг опустели. Файзиев,
  распоряжавшийся в ресторане как в своем доме, взяв чайники, через кухню
  прошел во двор, как делал это не раз, потому что самовар всегда ставили в
  одном месте. Через полчаса, когда Артура Александровича пригласила на танец
  девушка, сидевшая с ними за столиком и не сводившая с него восхищенных глаз,
  а ос­тавшиеся живо обсуждали какую-то