удь прокурор
  собирался выстроить и эту линию.
   Вернулся из Москвы Шубарин днем и первым делом заглянул в кабинет
  Азларханова.
   -- Рад вас видеть в добром здравии, -- едва пе­реступив порог, сказал,
  радушно улыбаясь, Артур Александрович. -- Надеюсь, вы не подумали, что в
  такой сложный момент я бросил вас? Я наказал Коста до моего приезда особо
  тщательно присмат­ривать за вами и через день звонил ему, не замечает ли он
  что-нибудь подозрительное вокруг вас. Слава Богу, никаких происшествий, но
  теперь я рядом с вами, и душа моя спокойна -- я не люблю удаляться от своих
  дел, даже если имею хороших помощников. Но дела есть дела, и есть люди,
  которым я не могу отказать в помощи, если они попали в беду, оттого и
  срочный вызов в Москву: решил и чужие и свои проблемы. Как служебные успехи?
   Амирхан Даутович молча пододвинул к нему красную папку с оттиском: "На
  подпись".
   Артур Александрович быстро пробежал глазами все четыре документа и тут
  же дал им оценку, правда, пытаясь придать сказанному шутливый тон:
   -- Каждый из этих циркуляров вы могли про­давать мне поштучно, и
  сколько бы я ни заплатил, думаю, что не прогадал бы. -- Вспомнив что-то,
  добавил: -- А у меня для вас тоже припасены подарки, -- и открыл кейс, вроде
  того, что Азларханов некогда видел в руках у Коста. -- Это швейцарские часы
  "Роллекс", надеюсь, они вам понравятся -- солиднее не бывает, золотые, с
  платиновым циферблатом и стрелками. Многофункциональная счетная машинка
  "Кассио" -- она необходима вам