лся в моих за­писях один важный чин,
  пятьдесят восьмого раз­мера. Отыщу -- и список будет готов.
   -- Судя по вашей тетради, клиенты наши уже не одной дубленкой разжились
  у вас, -- поддел скор­няка Амирхан Даутович.
   -- Да, всяко бывает, есть и постоянные клиенты, -- ответил Яков
  Наумович, не поднимая головы от сто­ла. -- Вот, к сожалению, двое уже
  умерли, хорошие были люди, большие начальники! Иных перевели на новую
  службу, повысили -- номенклатура, сами пони­маете, и они уже не представляют
  для нас интереса, а большинству -- вы правы -- шьем не в первый раз. А, вот,
  нашел наконец! -- вырвалось у него обрадованно. -- В прошлый раз ушло на
  него двенадцать овчин, неужели поправился еще? -- И Яков Наумович передал
  торопливо набросанный список.
   Азларханов пробежал взглядом листок в клетку, надеясь, что, оставшись
  один, внимательнее вчитается в него.
   -- Наверное, за неделю управимся?
   -- Раньше не удавалось, -- охотно ответил Голь­дберг. -- Это не простое
  дело... Снять мерку мне и десяти минут хватает, да вот чтоб в иной кабинет
  зайти, не один день ездить приходится -- то сове­щание, то заседание, то
  неожиданно в Совмин вы­звали, то в ЦК... А другого мы должны в ресторан
  пригласить на ужин, мерку здесь в номере снимать будем. К третьему домой
  поедем -- подарки и гос­тинцы повезем. Так что не забивайте себе голову
  сроками: давайте сегодня отдохнем, а завтра я с утра составлю расписание
  визитов.
   Поездку можно было считать удачной, даже слиш­ком.