з ряда вон выходящее. Но, увидев
  юрисконсульта, Шубарин сразу взял себя в руки -- видимо, сработал в нем
  рефлекс: никогда и никому не показывать слабости.
   -- Да, звонил сам, и действительно ЧП. В Нукусе час назад умер первый
  секретарь ЦК...
   -- Не может быть, я только в половине восьмого смотрел по телевизору
  программу новостей -- ни о чем таком не сообщали! -- невольно вырвалось у
  бывшего прокурора.
   -- Никакой информации не будет еще три дня! -- жестко перебил Шубарин.
  -- Вы отдаете себе отчет, кто умер? Кандидат в члены Политбюро, хозяин одной
  из мощнейших республик. Тут ко многому нужно подготовиться, и не только к
  похоронам, главное -- к внеочередному пленуму, где будет ре­шаться вопрос о
  преемнике. Моего из Заркента на­верняка предупредили одним из первых --
  все-таки ходил в любимчиках, он теперь лихорадочно считает варианты и
  заручается поддержкой верных людей, чтобы заполучить этот пост.
   -- Первого секретаря ЦК? -- удивился Азларханов, не веря своим ушам.
   -- А почему бы и нет? Он управляет крепкой областью... да он и не
  скрывал от меня своих чес­толюбивых замыслов стать когда-нибудь хозяином в
  Узбекистане. И почему ему не попробовать, не вос­пользоваться неожиданно
  выпавшим шансом? Поэ­тому через три часа я должен быть в Заркенте -- там в
  аэропорту уже дожидается наготове самолет. Без меня он не полетит в Нукус. В
  этот ответственный час, как он сказал, самые верные и надежные люди должны
  быть рядом с ним. У меня к вам просьба: пока я обзвоню кое-кого