Шубарина, но, увидев Амирхана Даутовича, пришедшего одного и с заметным
  опоз­данием, спросил:
   -- Куда вчера исчез с банкета Японец со своими головорезами?
   Азларханов внимательно посмотрел на Файзиева, бывшего с похмелья не в
  духе, и подумал, что есть резон открыть ему тайну, потому что в таком случае
  он избавлялся от общества Файзиева по меньшей мере до конца дня, а больше
  времени ему и не требовалось.
   -- Это позвольте спросить, где вас носит с утра? У меня экстренное
  сообщение.
   -- В чем дело? Какая новость? -- туго соображая, спросил Файзиев.
   -- Новость чрезвычайная, только возьмите себя в руки. Вчера в Нукусе в
  инспекционной поездке умер первый секретарь ЦК республики Рашидов.
   -- Как умер? -- Файзиев вскочил с места.
   -- Сядьте. Во-первых, не кричите -- новость пока не для всех. А умер
  просто, как все люди, бес­смертных не бывает, говорят -- инфаркт.
   -- Теперь ясно, куда смылся Шубарин! -- зло процедил Файзиев. --
  Побежал под знамена Заркента: труба в дорогу позвала! Наверное, честолюбивый
  коротышка из Заркента хочет попытать свой шанс, и Шубарин со своей мафией
  ему понадобился! -- Он вытер взмокший от волнения лоб. -- А наши дураки
  ничего не ведают -- я ведь с ними с утра похмелялся. Скоты, только бы жрать!
  Спасибо, Амирхан Даутович, за откровенность, я ведь пони­маю, что Японец
  наказал вам держать это в тайне от меня. А сейчас я должен поторопиться --
  мы и так упустили часов пятнадцать, но ничего, мы ближе к Ташкенту. -- Икрам
  Махмудович моментально