нь... -- Потом, видимо, старший после паузы продолжил: --
  Мы уже были утром на месте. Несмотря на убо­жество кладбища, место для
  могилы выбрано не­плохое, выигрышное для такого памятника, который мы с
  братом уже представляем... Положитесь на нас, не волнуйтесь, мы сделаем как
  надо и с вашего позволения заберем эти фотографии... -- И братья поднялись.
   -- Одну минуту, -- остановил их слабым жестом прокурор. -- Сколько это
  будет стоить?
   Братья назвали сумму, не маленькую, но гораздо меньше, чем стоила такая
  работа, -- Амирхан Даутович еще в Ташкенте узнал все, что ему было
  необходимо. Прокурор улыбнулся и протянул при­готовленный заранее конверт.
   -- Вот возьмите, расчет сразу... знаете мое по­ложение, сегодня жив...
  Здесь ровно в три раза больше, чем вы назвали...
   Братья хотели было вскрыть запечатанный кон­верт, но Амирхан Даутович
  остановил их:
   -- Не надо. Мы не дети, всякий труд, тем более такого рода, должен
  хорошо оплачиваться. Особенно если хочешь получить что-то достойное. Ну а
  че­ловеку, что отыскал вас по моей просьбе, можете назвать другую сумму,
  вашу, -- я не буду в претен­зии...
   Братья понимающе улыбнулись и тихо вышли из палаты.
   Амирхан Даутович закрыл глаза. Успел все же... Хорошо, что успел.
  
  
   3
  
   В своем доме на Лахути прокурор появился толь­ко спустя почти пять
  месяцев после того утреннего звонка в конце августа, когда ему сообщили о
  смерти Ларисы. Шла вторая половина января, сыпал мелкий снежок, на проезжей
  части