а секунду не теряя бдительности, тихонько бубнил себе
  под нос:
   - Это ж надо, в самую середину минного поля залезть! Ну бабка, ну
  диверсантка хренова! Саня, стоп!
   Его напарник замер, прижавшись к земле. А разговорчивый, достав
  солидного размера нож и аккуратно круговыми движениями подрезав дерн,
  бережно отложил его в сторону. Подрыхлил землю вокруг какого-то предмета и
  подсунув под него пальцы, плавно вытащил из грунта коричневый, похожий на
  эбонитовый, цилиндр.
   - Вроде без сюрпризов...
   - Больше не доставай. Некогда возиться. Обозначай флажками, чтоб на
  обратном пути не зацепить.
   Минут через десять они добрались до старухи и ребенка.
   - Дышат, живые. О, смотри: осколки от ОЗМки.
   - Да на таком расстоянии она их должна была в капусту посечь!
   - Может, заторчала, не выпрыгнула толком. Или тачка прикрыла! Видишь,
  как решето...
   Разговаривая, саперы сноровисто осмотрели раненых. Один быстро вколол
  старухе промедол, перетянул голени жгутами. Второй поднял девочку:
   - В горло и в грудь справа! Ножки немного посекло. Слушай, а ей
  промедол можно?
   - Не знаю. Неси бегом, Вовка, доктор разберется.
   И тот рванул. По минному полю, по проделанному наспех коридору, ловко,
  как горнолыжник, уклоняясь от флажков. Он знал, что в такой спешке они с
  Саней могли пропустить не один страшный сюрприз. Но Вовка, по кличке
  Отец-Молодец, которого дома дожидались