етали и без того чистые бетонированные
  дворы. Несколько молодаек, похихикивая, сплетничали у одного из дворов.
  Половина из них держала на руках грудных малышей или покачивали коляски. У
  остальных, несмотря на свободный покрой цветастых платьев, заметно
  выдавались большие животы. Почти за каждую цеплялись еще один-два карапуза,
  неуверенно топающих вокруг матери.
   Пацаны постарше бойко торговались со скучающими на внешних постах
  комендатуры бойцами. Товар был обычный: жвачка, сигареты, "Сникерсы". Один
  даже притащил с недалекого рынка вафельный торт и настойчиво совал его
  бойцам.
   Те отбрыкивались:
   - Может твоему торту сто лет. А может он с отравой.
   - Не-е! Бомба есть, отравы нет!
   - Дорого просишь. На рынке дешевле.
   - Э-э-э! Зачем на рынке? Зачем ходить. Так покупай, я что даром бегал?
   - А я тебя просил?
   - Э-э-э! Если такой бедный, зачем на войну поехал? Ехай домой деньги
  зарабатывай!
   - Ну ладно. Тыщу сбросишь?
   - Зачем? Деньги бросать нехорошо!
   Видно было, что торговались просто так, больше из интереса. Торт пацану
  скорей всего дала работающая на рынке мамка. А соскучившихся за нормальной
  жизнью, за младшими сестренками и братишками парней забавляла нахальная
  экспрессия юного спекулянта. Каждая его реплика вызывала у спорщиков новый
  прилив смеха.
   Один из пацанов, пользуясь тем, что бойцы отвлеклись, влез на невысокую
  стеночку ограждения