руг друга, стали возвращаться в избу.
  
   Марина, подставив разгоряченное лицо легкому, пахнущему палой листвой
  ветерку, слушала лес. Шорох оставшихся на деревьях листьев был совсем не
  таким, каким он бывает летом. Не нежный шелест мягких, живых и упругих
  ладошек, а тихий скрежет и похрустывание трущихся друг о друга мертвых бурых
  пластинок. Изредка потрескивали сучья или отслаивающаяся кора. Подала голос
  какая-то припозднившаяся пичуга.
   Резко пахнуло холодом и, подняв голову, Марина увидела над собой
  изумительной чистоты небо. Яркие, словно умытые, звезды заполонили все
  темно-фиолетовое пространство над зубчатой стеной лесных великанов.
   - Хорошо. Просто невероятно хорошо! Я никогда не видела столько звезд
  сразу!
   - Это ты про нас?
   - Ну вот, пришел поручик Тигра и все опошлил! Слушай, а почему тебя так
  прозвали?
   - Видишь: тельник полосатый и на кабанов люблю охотиться.
   - Вы здесь все - хищники полосатые. Не хитрите уважаемый, и не виляйте
  хвостом. А то я вернусь в избу и предложу перекрестить вас в Лиса. Ну,
  скажи...
   - Да, прозвали и прозвали. Это же не всегда по какому-то случаю.
  Пошутил кто-то, вот и прилипло. Холодом как потягивает... пошли к ребятам.
   Сергей повернулся и пошел к зимовью.
   - Первый раз слышу, как ты врешь. Очень неуклюже получается и
  неприятно. Так было легко и хорошо, а теперь ты будто стенкой меня от всех
  вас отгородил.