чистом лесу, на свежем воздухе, после сытного ужина и
  пары рюмок разговариваешь с симпатичной женщиной, то ты скорее жив, чем
  мертв. А?
  
   Последняя мысль, которая пришла к ней перед сном, была совершенно
  неожиданной:
   - А ведь он не просто убивал. Он был готов и сам умереть. За солдатика,
  даже имени которого не знал. Что же он сделает с тем, кто поднимет руку на
  его жену или ребенка? Помнишь того подонка, что лапал тебя в подъезде, не
  удовольствовавшись отнятой сумочкой? А если бы рядом был Сергей...
  Стоп-стоп-стоп! Марина Ивановна, милая, а причем здесь вы? Кто вы ему?
  
   Запоздавший ноябрьский дождь слизнул почти весь снег, выпавший было в
  конце октября. Кое-где остались грязновато-белые островки, прихваченные
  корочкой льда, но они своим жалким видом лишь наводили уныние. И только
  ночной морозец хоть как-то украсил полянки, рассыпав замысловатыми белыми
  дорожками на черно-буром ковре опавших листьев мелкие хрусталики инея.
   Влажный холод на ходу пробирался под полы теплой, пятнистой, как и все
  ее одеяние куртки, лез в рукава, румянил щеки. Да!... В той одежке, в
  которой она собиралась покорять дремучий лес и охотиться на свирепого вепря,
  цокать бы сейчас зубами со скоростью хорошего барабанщика.
   - Бр-р-р!
   - Говорил я тебе: не поддавайся на провокации. Водочка, она обманчиво
  греет. Только сосуды расширит, тепло из организма выбросит и все. Лучше бы
  еще