сположиться,
  уже переоделся в чистенькое, стоит, бритвой скоблится возле умывальника.
  Сразу видно - новичок. Всем известно, что пуля первого - бритого ищет. Мы
  только две недели тут, а народ уже, как положено, выглядит. У каждого усы и
  бородка на свой лад курчавятся. Кепи уставные уродские на зеленые косынки
  поменяли. По городу, конечно, можно и в краповом берете порассекать. А на
  выезде - не стоит, боевику нашего брата собровца шлепнуть - за счастье.
  Немало собры волчьей крови выпили. Боятся они нас и за страх свой ненавистью
  платят.
   Омоновцы снуют, как муравьи. Из расположения мусор выносят - мешки с
  песком заносят. А теперь за рулоны принялись. Кто-то до нас натаскал с
  молокозавода катки бумаги и полиэтиленовой пленки, из которой пакеты делают.
  Здоровенные, материал вязкий, ни одна пуля не пробьет. Раньше, пока стрельба
  была серьезная, рулоны, наверное, вход в бывший детский садик прикрывали,
  где мы теперь размещаемся. А нынче тихо, как-то само собой все и
  развалилось.
   Но эти - новенькие. У страха глаза велики. Решили, наверное, себе
  крепость отгрохать.
   - Эй, командир, поберег бы ребят. Пусть отдохнут с дороги!
   Это Саня, корешок мой, прикалывается. А чистюля ухом не ведет. Ну,
  ничего. Здесь обычно начальнички попонтуются день-другой, а потом сдуваются,
  как пузыри. Этот, тоже небось из таких. Парней своих в дорогу вырядил в
  бронежилеты, шлемы одеть