те с БТРом. И сидим мы, как обезьяны перед удавом в мультике про Маугли.
   Про детей рассказывает. Девочка ласковая была. За отцом хвостиком
  ходила. А пацаны мечтали в уголовном розыске работать. Года два назад
  младший у него значки с формы свинтил, фуражку забрал и убежал "в милицию"
  играть. А в райотделе, как на грех, строевой смотр. Хорошо, у начальника
  своих мальчишек четверо, только посмеялся.
   Рассказывает он, а голос такой, что у меня - мурашки по коже. Горе
  страшное, неизбывное в каждом слове звучит.
   Вот, опять заводиться начал! Санька поддакнул неловко, ненатурально
  как-то, а он сразу:
   - Ты не прикидывайся ягненком. Не прикидывайся. Знали ведь куда ехали!
  Город видели! Разве непонятно, что когда так бомбят, тысячи невинных людей
  гибнут? Ведь ваших же, русских сколько поубивали! Большие политики большой
  пирог делят. А мы с вами режемся: кровь - за кровь, смерть - за смерть. Вы
  нас убиваете, мы - вас. Те, кто наверху, потом между собой договорятся. А
  мне кто моих родных вернет? И если я вас здесь сейчас порежу, как баранов,
  кто вместо вас к мамкам вернется? Кто вашим семьям помогать будет?
  
   Хорошее слово -"если". Если сразу не убьют, может, потом на своих
  обменяют. Но ведь измываться будут... У Сашки на руке часы, вот он кисть
  чуть повернул. Ого! Около шестнадцати. Если даже с запасом взять, что мы от
  комендатуры сюда час ехали, то получается - третий