и воды не привезли, ни одного из
  тех ребят, что в блоках от перитонитов, гангрены, да потери крови умирали,
  не спасли. А вот чеченцам помочь - тут они, как из-под земли. И сейчас такое
  впечатление, что все эти ЧП на границе были, как спектакли с расписанными
  ролями. Но хрен им этот номер пролез. Через наш КПП ни разу без досмотра не
  прошли. А начальство?... Меня снять можно, кого потом поставить? Сами
  отцы-командиры там торчать не будут. И со сменщиком - как повезет. Может у
  него вообще башню рванет, и он бои местного значения развяжет. Да если
  честно, то и командиры наши только для вида пылили. Сами-то они так же, как
  и мы, думали и этих односторонних гуманистов на дух не переносили.
   Я раза три с командиром чеченского блока встречался. Все - как в кино:
  на мосту сходимся, с каждой стороны одинаковое количество людей, каждая
  сторона сопредельную на оптике держит. Спрашиваю:
   - Когда стрелка своего уймете?
   - Это не наш. Мы его сами ловим, никак поймать не можем, - врет, глазом
  не моргнет.
   - Ну ладно. Только, если мы его пристрелим, не обижайтесь.
   - Как это пристрелим? Кто вам позволит по территории суверенной Ичкерии
  огонь открывать?
   - Тогда сами с ним разберитесь!
   - Пробуем. Но никак поймать не можем...
   В общем, сказка про белого бычка.
   Вот так и жили. Мир - не мир, война - не война. Дурь одна.
  
   Но случилось дело и покруче. Приезжает как-то Дубьев, напыженный,