тенку у входа, поднялся на второй
  этаж, в столовую и, остановившись на пороге, улыбнулся:
   - Эй, шеф, в ваш ресторан без галстуков пускают?
   - Что вы, как можно? Ну разве что для господ офицеров исключение! - И
  Мамочка, обернув руку полотенцем, с видом заправского официанта сделал
  приглашающий жест.
   Составленные в ряд исполосованные, почерневшие, кое-как отмытые в
  первые дни столы теперь были покрыты все той же полиэтиленовой пленкой.
  Своей сияющей чистотой она мгновенно вернула былой стерильный вид помещению,
  в котором когда-то бойко стучала ложками перемазанная манной кашей ребятня.
   - Обед командиру! - Торжественно провозгласил находчивый "шеф" - не
  по-старшински молодой, но крепкий телом и всегда энергичный, получивший свою
  кличку за детдомовское прошлое и любовь к разного рода авантюрам.
   Тут Змей рассмеялся уже в полный голос. Из-за ряда шкафчиков,
  отделявшего от столовой небольшой хозяйственный закуток, грациозно покачивая
  бедрами, выплыл кухонный наряд: два здоровенных детины в камуфляжных брюках,
  сине-белых тельняшках и кружевных фартучках. У одного на розовом фартучке
  красовались надписи "КЕФИР", у второго - на голубом - "МОЛОКО".
   - Ну молодцы! Настоящий ресторан! Осталось варьете по вечерам
  организовать, и не захочется домой возвращаться.
   - С варьете не выйдет, больно публика некультурная, - пожаловался
  Мамочка, - шуточки гадкие отпускают,