м еще целая есть, под пакетиком!
   Змей священнодействовал. Сделанный из пластиковой бутылки бокал
  накрылся желтоватой, пахнущей хлебушком пенной шапкой. Жирная селедка была
  разделана по всем правилам: кусочки без косточек улеглись горкой на крышке
  котелка. Головы, хвостики и плавники ждали своего часа, когда насытившемуся
  гурману захочется неторопливо погрызть их под последние глотки бесценного
  ароматного напитка.
   - И не глядите, вы свое стрескали. Танкист, ты лучше свяжись с соседом,
  пусть завтра с утра два БТРа на часок даст... Ладно, подваливайте, все-равно
  у вас пивко еще где-нибудь заначено. И давайте-ка еще разочек потолкуем, что
  там за домики. Их отсюда хорошо видно?
   * * *
  
   Куда там самым сложным компьютерам до самой простой человеческой
  головы.
   Только что Змей спал, как убитый. Лег - и отрубился напрочь. Ночной
  город хлопал, бухал, трещал, свистел на разные голоса. "Грады" провыли на
  окраине. Мина рванула где-то южнее комендатуры. На боновском посту метрах в
  ста солдатик засадил из калаша длинную очередь по тени, которая то ли
  мелькнула в переулке, то ли почудилась. Но все это Змея не касалось, не
  волновало. Наоборот: хороший фон создавало, спокойный, убаюкивающий такой.
  Вот когда тишина - тогда подушка, как каменная, и мысли всякие за мозги
  дергают, спать не дают.
   Но вот в километре отсюда, на северо-востоке, "Борз" протрещал.
  Пустяшный