д любовью! Я даже не успела еще уйти! Ты видишь? Я - здесь! Живая! -'Даша нахмурилась. - Глупо, конечно, но я уже ревную тебя ко всем прежним и негодую на них за то, что они посмели уйти и оставить тебя таким грустным. Совершенно глупо. - Даша присела на диван, обхватила его лицо ладонями. - Скажи, все сильные мужчины такие... беспомощные в этой жизни?
   - Все. Сила - лишь оборотная сторона слабости.
   - Значит, и мой отец тоже. А я веду себя порой как... Вот только он все знает наперед, рассчитывает, а ты... Ты научился не планировать будущее.
   - Скорее - не загадывать.
   - И не вспоминать прошлое?
   - А вот этому научиться невозможно.
   - Странный ты. Вы, мужчины, вообще все странные. Думаете постоянно о чем-то, и для вас размышления становятся способом жить. А жизнь - проще и мудрее. Чувства в ней куда важнее мыслей. Может, я и вздор говорю... Ведь мысли - это бывшие чувства, чаще всего несостоявшиеся. Вот вы и мучите себя ими, и несчастливы. Не несчастны, нет, просто несчастливы... А еще... Ты похож на Маленького принца, оставленного по чьей-то высокой воле на этой земле.
   Даша замолчала, глядя в одну точку, переживая что-то важное для нее. Потом вздохнула, улыбнулась:
   - Что-то я разумничалась, - подняла с пола бутылку. - Я выпью, на посошок?
   Мне пора идти. - Даша приложилась к бутылке, сделала несколько глотков. - Замечательное вино. Его делали люди, которые любят и жизнь, и солнце. Ну что ты опять смотришь грустным сенбернаром? Я приду завтра.
   - Даша...
   - И не говори ничего. Очень многие любят только себя, поэтому их никто не любит. А ты - словно нездешний. Ты любишь весь мир, какой бы он ни был, и с тобой мне кажется, что и я владею им, этим миром. Мне очень хорошо с тобой. - Даша улыбнулась мягко. - Я пойду? До завтра?
   Олег улыбнулся,