имала?
   - Я же чуть-чуть. Это во-первых. И машину я вожу с одиннадцати лет, это во-вторых. И сейчас делаю это так, что ни одному каскадеру не снилось!
   - Вот "как каскадеру" по мирным улицам гонять как раз и не следует.
   - Я фигурально. Нет, я правда классно вожу!
   - Верю.
   - И в-пятых, ни один гаишник ту бибику, на какой я прикатила, не стопорнет.
   - Номера уважаемые?
   - Даже лучше: дипломато.
   - Круто ездить не запретишь. А все же...
   - Приятно.
   - Что именно?
   - Что ты обо мне беспокоишься. Ты ведь беспокоишься обо мне, Данилов?
   - Да.
   - Даже не представляешь, до чего это здорово! Все. Пошла. Мне не хочется выглядеть уж совсем легкомысленной.
   - Я тебя провожу.
   - До дверей авто? Это несовременно. Да и не люблю я глупых прощаний. Лучше я тебя здесь поцелую. Мне нравится твоя хибара. И твоя кошка. Даже если она не твоя. И ты сам. Даже грустный. - Даша обвила его шею руками, прильнула, отстранилась. - Я свинюшка. Потому что ты выглядишь очень усталым. И все равно скажу: мне никогда не было так хорошо.
   Даша сделала рукой "оревуар" и скрылась за дверью. Олег подошел к окну.
   Автомобиль, красный "эскорт", мигнул приветственно фарами и сорвался с места.
   За серым вечерним маревом дождя он показался Олегу миражом из чужой, нездешней жизни... И еще - неосознанная, невнятная тревога защемила душу тоской...
   Автомобиль уже скрылся в арке, когда послышался резкий скрип тормозов и сразу следом - вечернюю тишину разорвал скрежещущий металлический звук.
   Ни о чем не думая, Олег рванулся из дому, выскочил во двор и побежал вослед скрывшейся машине. "Эскорт", притертый вплотную к выщербленной стене арки, стоял с сиротливо распахнутой водительской дверцей. Даши не было.
   Олег проскочил арку: по пустынной улице