Корнилов помолчал, выговорил медленно:
   - Охрана в офисе встретит.
   - Неласково?
   - Это мягко сказано. Организация у нас... непростая.
   - Зато я - простой. И незатейливый. Вот люди ко мне и тянутся. Против такого обаяния кто устоит? Никто. А тебя беру. Как пропуск.
   - Чтобы умирать не скучно было?
   - Не, умирать ни к чему - жизнь-то вокруг какая веселая! Вашими стараниями.
   - Так я - заложник?
   - Ключик.
   - Там все равно никого нет.
   - Так уж и нет?! У вас тут внештатная, а начальство по дачам дрыхнет?
   Сильно сомневаюсь я в такой безалаберности.
   - Ваш тон... А меня... Меня убьют.
   - До смерти?
   - Прекратите!
   - Двум смертям не бывать, а одной еще никто не избежал, - философически изрек Олег. Корнилов помрачнел:
   - Дерьмо вся эта жизнь.
   - Это ты только сейчас понял, Корнилов?
   Пленник хотел что-то сказать, но промолчал, лишь глянул на Олега зло.
   - А ты чего вообще ожидал, служивый? Пирожное с вареньем и без хлеба? Нет, друг Корнилов, бесплатной патоки не бывает.
   - Я не трус. Просто...
   - Понимаю. Беспокойно. И неуютно. А кому под перекрестным огнем уютно?
   Никому. Факт.
   - Дети останутся. Что мне было делать? Выбора не было.
   - Выбора никогда ни у кого нет. У мужчин - особенно. Если живешь честно.
   - Плевать на честь, когда нечего есть.
   - А вот это действительно жаль.
   - Отпустите меня. Вы же понимаете, в ваших играх я человек случайный.
   Дети... Я не могу о них забыть... И вы, вы не простите потом себе, если...
   - Я не прощу себе, если что-то случится с девчонкой по имени Даша. И себе не прощу, и тебе, и Грифу, ты понял? - жестко оборвал его Олег. - А о своих детях нужно было ДУ" мать, когда на службу нанимался.
   - Я нанимался на работу.