разменной пешкой в междусобойчике, науськивая притом друг на друга силовиков. Понабирали себе разработчиков из контор, а те просто и конструктивно думать давно разучились, им схемы подавай! Впрочем, и при таком раскладе итог печален: до чистосердечных признаний и искренних раскаяний ему дожить не дадут: план. Пусть не пятилетний, но выполнять надо.
   Олег вздохнул. А есть еще варианты четвертый, пятый, двенадцатый... Вот только парочка пустячков логику ломает напрочь и делает картинку простой и конструктивной, как автомат Калашникова, и совсем не такой, что вырисовывается.
   И все это не важно! А важны только девчонка, вкус вина, свет солнца сквозь деревья, будущая осень, золотая, как подсолнухи, и хрусткая от первого морозца, черные изломы кустов из-под первого снега, волчьи ягоды, кровавые на белом...
   Иначе - опять, опять в тот круг, из которого он вырвался... Или он вырвался из круга, чтобы... вернуться? И рок играет с ним свою обычную шутку? И нет ему жизни вне войны?
   Круг. Самая одинокая фигура. Бесконечное множество бесконечно малых прямых, замкнутых в бесконечности.
   - Мы ездим по кругу, - подал голос инженер.
   - Ты наблюдателен, - отозвался Олег. - Я езжу по кругу.
   - Почему?
   - Думаю.
   - И что решили?
   - Ничего.
   - Так решайте!
   - Не нервничай так, технарь! Используй время по назначению.
   - Кто может знать назначение времени?
   - Ха-ха. В каждом из нас существуют по меньшей мере два человека. И они - непримиримы. И - своевольны. Но только один распоряжается твоей жизнью. Другой - молчит. И корчит из себя недовольного. Ты никогда не хотел бы поменять их местами, инженер?
   - Стать ботаником?
   - Хотя бы.
   - Они как тени, те, что живут в нас. Они не могут поменяться, у каждого его место. Один - в душе, другой...