- Ты хороший парень, инженер. Умный. Но дал самому хлипкому из своих двоих взять верх.
   - Жить как-то надо.
   - Жить надо не "как-то", а счастливо.
   - Ты герой, да? И у тебя получается жить счастливо?
   - Нет.
   - К чему тогда все? Хотя... Я знаю назначение времени.
   - Да? Какое?
   - Жить.
   - Ну так живи.
   - Запястья связаны.
   - Может, это для того, чтобы лучше почувствовать биение пульса?
   - Перед смертью?
   - Инженер, что-то ты больно мрачен.
   - Ночь. И асфальт какой-то маслянистый. Словно в машинной крови.
   - В чем?
   - Сколько машин разбилось на дорогах... Их разбили люди. Но никто не замечает ни людской крови, ни крови машин. А дорога это помнит.
   - Машины - живые?
   - Конечно. У каждой свой нрав. Характер. Судьба. Среди них есть счастливчики и бедолаги, любимые и отверженные. Есть пенсионеры, повесы, чинуши, братки, катафалки. Та, на которой мы сейчас катим, - потаскушка. У нее и нрав такой, и судьба.
   - А ты, технарь, умница. Я буду называть тебя - умник.
   - Не слабо. А я тебя - герой.
   Олег глянул на Корнилова: глаза у того блестели, на губах играла улыбка брезгливого превосходства и тайного знания.
   - Сдается мне, зря я тебя порошочком баловал, инженер.
   - Это не важно. Я только теперь понял. Ничего не важно. Тот, скрытый в нас, хочет любви. Первый жаждет всего: поклонения, лести, могущества, секса, вина, мяса, и снова - секса, и снова - успеха, власти, поклонения... И эта его жажда разделена сочувственной завистью или презрением окружающих. А вот второму, истинному, нужна только любовь. Поэтому он никогда не станет первым.
   Он никому не нужен и никому не понятен. Даже нам самим. Мы его боимся. В истории был пример.... И человек стал называться Любовь, и провозгласил свою бесконечную