иль тронул с места и плавно зашуршал вверх, через мостик, следом за уже скрывшимся лимузином. Вскоре он исчез, и колеблющееся жаркое марево над дорогой навевало мысли о том, что все это был сон. Или - мираж.
   Мир вдруг померк. Олег увидел перед собой толстые стволы нездешних деревьев, ощутил сладковатый запах вольно цветущих нездешних цветов, увидел русоволосую девчонку, и тут - все заволокло черным, боль в виске затопила окружающее, запульсировала оранжевым...
   А потом все исчезло. Олег стоял на мостике, нелепо озираясь, мокрый от пота.
   - "Девчонка, просто прохожая, как мы теперь далеки..." - напел он тихо.
   Огляделся. Вокруг все то же. Лето. Солнце. Люди. Разогретый асфальт.
   Скрученную бумажку воздушной волной прибило к бордюру. Данилов наклонился, развернул. Толстощекий Франклин сиял ему с купюры необъяснимо-загадочной улыбкой Леонардовой Джоконды.
   - Сто долларов - это всегда сто долларов, - тихо произнес Данилов, помолчал, усмехнулся, но очень невесело:
   - Добрые дела наказуемы. Мир не изменился.
  
  Глава 9
  
   ...Сигареты закончились. За окном вечерело, и оттого, что окно выходило на стену, казалось совсем темно. Пожалуй, незнакомец был прав. Нужно выбираться отсюда. Да и... Вполне может быть, горечь и раздражение сыграли с ним шутку, и цепь сегодняшних и вчерашних случайностей он принял за заговор... Не много ли чести?
   Олег пошел домой. Вернее, в то жилище, что было пока его Домом.
   Там все оставалось покойным и мирным. Данилов закрыл глаза перед входной дверью, пытаясь расслабиться и - почувствовать опасность. Ничего не вышло. Или тревога сделалась привычной, или он просто устал от воспоминаний и перестал обращать внимание на настоящее. Так бывает: грезы часто реальнее жизни. А еще он вспомнил кошку Катю. Которая - сама по себе. Ему хотелось,