приглашения, Олег одним движением достал из сумки плоскую фляжку "Мартеля", открутил пробку. - К тому же хочу закрепить сложившиеся между нами теплые доверительные отношения и переход на "ты". Тебе, Фокий, в карандашницу плеснуть или из горла будешь?
   - Прекратите паясничать!
   - Хозяин барин. Была бы честь предложена. - Олег сделал глоток, посмаковал. - Способствует нормализации коронарно-мозгового кровообращения, знаете ли.
   - "Мартель"?
   - Грешен: люблю себя побаловать. - Олег расслабленно откинулся на стуле, обвел взглядом кабинет, закончил:
   - Хорошо. Кажется, О'Генри сформулировал: если тебя окружает роскошь, то не важно, кому она принадлежит.
   - Ваш О'Генри был всего лишь слюнявый писака и словоблуд. А потому не уразумел смысла этой жизни: кому что принадлежит - это и есть самое важное.
   - Каждый в жизни самое важное выбирает сам.
   - Как бы не так. Посадить тебя, Данилов, за "колючку" да не покормить с месяцок - что запоешь?
   - Это философский выпад или конкретное предложение?
   - Это жизнь. А как она для тебя сложится в дальнейшем...
   - Блестяще. С божьей помощью. Так и будет.
   Некоторое время Бокун сидел в кресле неподвижно. Гнев прошел, красные пятна потускнели, он спросил деловито и вполне миролюбиво:
   - Вернемся к нашим делам?
   - Как сказал некий герой в одном фильме: "Да какие у нас с вами могут быть дела?"
   - Кто вам заказал статью, Данилов?
   - Никто. Личная инициатива.
   Бокун вновь закаменел лицом, пожевал губами:
   - Вы не хотите идти нам навстречу.
   - Я же говорил, господин Бокун, я скажу вам чистую правду, но вы мне не поверите.
   - Хорошо. Сформулируйте так, чтобы я поверил. Или ответьте на вопрос: зачем вы это сделали?
   - Коротко?
   - Да как получится.
   - По глупости.