одна из групп никогда не привлекала чужих - ни в виде политических уступок, ни в виде финансов. У властных кланов были свои понятия, и весь переворот Меченого заключался в том, что он эти понятия похерил: в борьбе за власть дозволено стало все... И если страна находилась теперь в состоянии войны, Альберу это не было внове: война была его образом жизни. Воевать он привык. Вот только... За что?.. Или - все против всех? Кажется, это у Томаса Гоббса: "Несомненно, что война была естественным состоянием человека, пока не образовалось общество, и притом не просто война, а война всех против всех". Образовалось общество... И что изменилось?.. Только то, что раньше совершали набеги племенами и ордами, а теперь на убой ведут, построив в маршевые колонны...
   Бред вся эта жизнь... Но, как учили в школе, "прожить ее нужно так, чтобы...". А вот это "чтобы" каждый себе устанавливал сам. Ибо если нет Замка, Дворца, Властителя - остаются джунгли. А закон джунглей гласит: каждый сам за себя!
   Альбер вышел, бросил взгляд на дом, так похожий на неприступную крепость... Иллюзии... Неулыбчивый человек приоритета Магистр легко и непринужденно прошел сквозь все системы сигнализации и ловушки, какие установил Альбер... И доказал, что на свете нет крепостей, которые взять нельзя... Хм...
   А мысль крамольна уже сама по себе... Может быть, и сам Замок не неприступен?..
   Вернее, его даже не стоит брать, нужно пройти сквозь...
   Альбер вышел с сумкой через плечо. Перемахнул забор, спрыгнул в соседний двор, быстро пересек его. Мишка, здоровенный кавказский овчар, лишь приветливо проурчал, приподняв веки: пес был свирепости и злобности необычайной, но с его хозяином Альбер ежесубботне выпивал после баньки пузырек беленькой, сидя за столом в тенистом саду, и Мишка знал однозначно - свой.
   Пройдя два квартала, свернул к автостоянке. Разыскал