о предполагать, но вот знать наверняка...
   - Похищение?
   - Да.
   - Наши предположения сходятся. Вы не хотите узнать почему?
   - Нет. Достаточно того, что он работал в связке. Что конкретно он знал - мне знать не нужно.
   - Вы правы. Каждый отвечает за свой участок.
   - Азбука.
   - Но... Нашим противникам стало известно... или же они достаточно мотивированно предположили, что Дорохов знает, и знает нечто важное.
   - Поиск источника утечки уже ведется.
   - Я усложню вам задачу: о том, что ему передана некая информация, не знал никто, кроме меня. Даже он сам.
   - Возможно, рыли колодец - нашли нефть?..
   - Владимир Петрович, не в Техасе живем, да еще в голливудской интерпретации...
   - Это я как версию. На случай.
   - Мне слабо верится в "счастливые случаи". Равно как и в несчастные.
   Экспромт хорош тогда, когда хорошо подготовлен. Гончаров задумался на секунду:
   - Значит, его вычислили. По "косякам".
   - Вы поняли, кого нужно искать?
   - Да. "Крот" должен иметь всестороннюю информацию о самых разнообразных контактах "Шлема". И связать "Шлем" с Дороховым.
   - Что вовсе не просто. Контакты не светились.
   - Как долго?
   - Почти восемь лет.
   - В наши дни - это эпоха.
   - Именно. И вот еще что... - Решетов помедлил, прикурил папиросу, загасил спичку, положил в пепельницу - та не потухла, и мужчина молча наблюдал, как она, истлевая, двигалась, словно живая, пока не застыла черным изогнутым силуэтом... Кажется, кто-то сравнил горение спички с человеческой жизнью... Или никто не сравнивал? Но Решетов был уверен: люди, наблюдавшие, как сгорают эти "служивые", ослюнявив пальцы и захватив головку, пока не прогорит совсем, ощущают одно и то же... - Так вот... Владимир Петрович, вы исключаете, что Дор выбыл из игры... по своей воле?
   Гончаров задумался,