свой скворечник, вычурный, помпезный, но не в виде здания или сооружения, а просто пристраивал кусок на свой вкус, страх и риск к панельной хрущобке... Хм... Как там у древних?..
   "Камень, который отвергли строители, стал главою угла..." У Альбера было полное впечатление, что Замок изначально отверг этот "камень". Вот только что это такое - Альбер не знал. Или - кто?..
   Под понятием "своя игра" Альбер вовсе не разумел построение собственного "скворечника"; он желал войти в обойму будущих победителей! И ему казалось, что такими могут стать те люди, против которых работает Замок. То, что эти люди организованы, сомнений не возникало; и, хотя опытом он ведал, что ни в какой системе не любят перебежчиков, профессионалы нужны всем. И еще - чутье подсказывало: в коридорах противника он скорее всего встретит знакомых ему людей... Любой мир - будь то искусство, литература, кино, бизнес, бюрократия - очень мал, там все друг друга знают. Мир "теней" был таким же, с одной оговоркой: если противники друг друга не знают, то они друг друга чувствуют. И фраза из фильма "Крестный отец": "Я уважаю то, что он сделал" - относилась к миру "теней" больше, чем к какому-то иному. Уважать противника вовсе не значит считать его другом: это лишь средство наиболее успешного противодействия ему, а значит, выживания.
   Личная оперативно-агентурная сеть Альбера была хорошо организована и отлажена. Ни Магистр, ни кто-либо другой к этой сети подхода не имели: азбука оперативно-агентурной работы в том и заключается, что "отсеки" здесь еще более сепаратны, чем кубрики субмарины.
   В свое время, будучи активным оперативником "пятерки", Альбер имел хорошо отлаженные контакты с деятелями "духовной оппозиции"; про себя, тогда еще майор, Альбер именовал их не иначе как "задроты духа". Эти "сидельцы" и "страдальцы" четко делились на категории: "шизофреники",