экипированной и вооруженной армии в тылу противника... И управлять ею могут только профессионалы.
   - Это вы о себе?
   - Да и о тебе тоже. А что до меня... Ты уж пойми правильно старика: амбиции. Куда без них?
   - Понимаю.
   - То-то. Как вышел я на цифирь, задумался. По всем понятиям, тебе с твоим банком орлом надо бы парить - а ты в тени так и хоронишься... Отсюда вывод простой: власть тебя и твоих не привечает, а даже наоборот. И задумал ты что-то этакое... Я прав?
   - В чем-то...
   - Вот и я задумал. Стал внимательно отслеживать твои контакты... Да и сам... Много у людей денег скопилось... Девать некуда... А зарывать свои таланты в землю - дело богопротивное. И в прямом и в переносном смысле.
   Полагаю, и ты этих ребят разыскал. Или - они тебя. Так?
   Решетов взял из коробки папиросу, чиркнул спичкой.
   - А можешь и не отвечать - зачем... Люди смотрят по сторонам, им так же надоело бегать и прятаться, они так же, как и те, - Герасимов кивнул куда-то наверх, - хотят покупать, и совсем незадорого, а что выходит? Им не дают! Вот и обратились люди ко мне... За помощью... А суммы, я тебе скажу, очень хорошие, круглые... И как статистика не плохи, а уж сами по себе... Просто клад! Стал я и свои ручейки пробивать, да куда там до твоих... Пока готовил я капиталец: чтобы был себе чистенький, самый что ни на есть финансовый... Подумал: предложу Решетову, ведь не откажется он от такого подарка, как миллиардов пятнадцатьдвадцать, да в урочный час, да к обеду... Ведь не отказался бы, а?..
   - Нет. Не отказался.
   - То-то. Потому как понимаешь: вслед за этими двадцатью и еще двести прихлынуть могут, а как дело на рельсы встанет... Те швейцарские гномы, что сейчас сокровищницы свои лишь по команде раскрывают-закрывают, соблазна не выдержат, и потекут в матушку-Расею денюжки золотою речкой, и свои, что от