в. - Подумал и продолжил:
   - А по выявленным фактам придется назначить расследование. Использование кредитных карточек несоответствующего уровня - это уже преступление! - Он строго посмотрел на девочек. - Но в этом виноваты не ученицы, а те, кто... - Председатель запнулся, снова обратил взгляд к Гуркиной:
   - А почему они без галстуков? Устав запрещает находиться в общественном месте без галстука подросткам моложе четырнадцати лет! А школа - место общественное!
   Гуркина покраснела от досады за упущение, повернулась к девчонкам:
   - Вы слышали? Быстро повязать! - Отомкнула шкаф, вывалив одежду и белье прямо на пол.
   Девочки, наклонившись над ворохом, лихорадочно перебирали вещи, находили галстуки и повязывали их.
   - Ну, продолжим урок... Открыли тетрадочки...
   Наказанные девчонки так и остались стоять нагишом у доски. Лена Одинцова откровенно скучала. Проверяющие из комиссии были такими бесцветными, одинаковыми, что...
   Зазвенел звонок с урока. Девочки вопросительно посмотрели на Гуркину, но та и ухом не повела.
   Вошел дежурный мальчишка; глаза его округлились, но он выдавил из себя положенную фразу: "Все - на линейку!"
   Девочки переминались, не зная, как поступить, а Лена вдруг почувствовала необычайную легкость. Она вышла из класса и зашагала по коридору - спокойно, плавно, не обращая внимания на жмущихся к стенам людей - почему-то не школьников, а самых разных взрослых, не замечая хихикающих, злорадных, глумливых, растерянных лиц, не замечая ничего вокруг - вперед, к выходу...
   Двери почему-то оказались огромными, светлого дуба, с массивной ручкой в виде головы льва, из зубов которого свисало бронзовое кольцо...
   - Одинцова, не сметь! - услышала она позади себя визгливый и противный голос; взялась за это кольцо - дверь распахнулась удивительно легко, она сделала шаг... Ей было