- Милая барышня, по-моему, мы застоялись. Бежим? А то холодно.
   - У тебя порез на груди.
   - По касательной. Не смертельно.
   - Да это я вижу.
   - Разбираешься?
   - Я на фельдшера училась. И даже практику прошла. Все же порез приличный, но рука - хуже. Больно?
   - Терпимо. Лен, поговорим на бегу, а? А то ведь околею от кровопотери.
   Рванули?
   - Рванули. А куда?
   - Вперед!
   - "Я на длинной дистанции помру, не охну, пробегу, быть может, только первый круг - и "сдохну"... - напела Лена вполголоса.
   - "...Но сурово этак тренер мне: мол, надо, Федя! Главное - чтоб воля, говорит, была. К победе", - поддержал я. Если бы еще знать - в чем она, эта победа...
   - Слушай... А ты не шутник? - спрашивает девчонка.
   - В чем?
   - Я насчет твоего беспамятства.
   - Нет.
   - То есть ты что, вообще ничего не помнишь?
   - Я ничего не помню о своей жизни. Только какие-то картинки, больше похожие на сны...
   - Знаешь, ты не отчаивайся. Ты вспомнишь.
   - И я так думаю. А пока, как нас учит "Молинекс", великий и мудрый, - надо жить играючи...
   - Сережа... А серьезно?
   А серьезно... К ситуации я отношусь серьезнее не бывает. Ведь только что я именно играючи отметелил двух бугаев самой противной наружности. Так - кто я?
   Дядька из спецназа, заброшенный в море с парашютом с целью выяснить намерения плывущих от берегов Турции рыбных косяков и тем самым вычислить милитаристские планы этого члена НАТО относительно мирных греков-киприотов?.. Бред! Стоп.
   Кипр. Что-то очень знакомое... Двухэтажный особняк, бассейн, оливковая рощица, сосед - улыбчивый круглолицый парниша из Красноярска, с какого-то очень металлоемкого предприятия... Что еще?.. Нет, не помню.
   А серьезно?.. Мужчина должен относиться к себе очень серьезно. Но - внутри. Слишком многие, дующиеся