ом мерно и сонно - океаном ртути. Тяжело, маслянисто переливаются почти недвижные волны...
   Город лежит у наших ног. Словно забытый всеми, словно вычеркнутый из времени... Когда-то... Когда-то на невольничьих рынках здесь разлучали влюбленных, когда-то люди замирали, разглядев в морской дали паруса вражьих триер, и спешили за единую ночь отлюбить и отплакать, когда-то стратеги в алых плащах и бронзовых шлемах неустрашимо собирали воинов в фаланги и те звенели мечами о щиты, и выкрикивали боевые кличи, и шли на врага, и падали, сраженные, и побеждали, обессиленные... А на их место приходили новые народы, и засыпали прахом покинутые, разоренные развалины, и строили поверх свои жилища, храмы, жертвенники, и молились своим богам, и ненавидели, и убивали, и умудрялись любить... И находился кто-то, кому безразличны были богатства мира и власть, и ему так хотелось любви, и его гнали, и он пропадал в бесконечности пространства и времени, чтобы появиться в другом веке и в другом обличье...
   "Вина - другого я и не прошу, любви - другого я и не прошу..."
   "Я - Франсуа, чему не рад - увы, ждет смерть злодея..."
   "Быть или не быть - вот в чем вопрос..."
   "Нет, весь я не умру..."
   Город лежит у наших ног, и тяжелые медленные волны мерным своим чередованием продолжают отсчитывать время... Наше время... Пока наше...
   - Мне страшно. Дор... Почему ты молчишь?..
   Девушка повернулась ко мне в профиль и... мне кажется, я ее знаю... Очень давно знаю... Всегда...
   - По-моему, ты разговариваешь с этим городом и с этими камнями... Я... Мне неуютно здесь... И холодно... - Лена повернулась, долго смотрела на волны, произнесла тихо:
   - А море по-прежнему большое.
   Повернула лицо ко мне - на ее ресницах сияла лунная пыль:
   - Отвези меня домой. Пожалуйста.
  
  Глава 27
  
   Сидящие в автомобиле "кожаные"