, землю крестную..."
   - Да. Так.
   - Хм... Как же мне, бедному еврею, понять такую "глыбочину"... - саркастически усмехнулся Горин.
   - Просто. Помнишь у Есенина? "Отговорила роща золотая..." - напел Михалыч.
   - "...березовым веселым языком..."
   - Что ты видишь?
   - В смысле?..
   - Какую картину?
   - Я...
   - Да. "Золотая роща" Исаака Левитана. Этот действительно бедный, больной еврей прошел свой крестный путь; он сам недоумевал, почему его родители сменили местечко на холодный, неласковый Петербург, где прожили совсем недолго... Ему негде было жить, он ночевал в неотапливаемых классах академии, откуда "жидка" гонял вечно пьяный сторож... Но кто кроме него смог бы сделать то, что он сделал для России?.. Кто бы смог понять обреченное одиночество "крестной земли"? Левитан смог. И - "Рощей", и "Владимиркой"... И тем - остался навсегда.
   Неисповедимы пути Господни.
   - Ну не такой уж он был бедный и больной... И женщины...
   - А куда без них? Кстати, отвлечься не желаешь? Горин отрицательно помотал головой.
   - Не согрешишь - не покаешься, не покаешься - не спасешься, - философически резюмировал Михалыч и скрылся за дверью.
   На период "пробоя программы" обе группы "яйцеголовых" - "Дельта-Х" и "Дельта-0" - были изолированы от внешнего мира в блоках особняка; здесь ночевали, здесь жили. Для "нормального функционирования извилин" ничего не воспрещалось: "яйцеголовые" могли пить, употреблять наркотики, трахать девок - для этого имелось несколько, но столь сомнительного качества и происхождения, что их прелести доставались только охранникам-отморозкам; ученые предпочитали оттягиваться как привыкли - водочкой.
   Валериан даже не заметил исчезновения коллеги. Морщинки собрались у переносья.
   - Картина, говоришь...
   Дальше мысль Валериана летела. Он быстро сел за компьютер,