нравится герой-любовник, завтра - флибустьер, а послезавтра - какой-нибудь знатный комбайнер Сюськин, мирно живущий в своем Старом Жопопропойске на двести штук пенсии и вдруг получающий от бездетного праправнука эмигрировавшего некогда изСовдепии дядюшки-купчины Сюськина-Заломова состояние "лимонов" эдак в ...дцать самой что ни на есть свежей "зеленью"...
   Когда Герман, будто Чапай в гражданскую, какими-то куцыми палисадами, под лай цепных псов, выбрался к административному корпусу газпромовского пансионата, где оставались двое людей Костина и три хорошие машины, то обнаружил четыре трупа, причем два - с аккуратными отверстиями во лбу, два других - с такими же, только над левой бровью у каждого. Так сказать, почерк мастера. И здесь человек Гончего оказался проворней. Кроме всего, он уехал на одном из "ниссанов", а две оставшиеся машины привел в полную негодность, прострелив у каждой все колеса и радиаторы. Сука! Сука продажная эта Фортуна!
   Герман обнаружил рядом с одним из домов спящую под снегом "шестерку".
   Новой ее назвать было сложно. Первым делом он внимательно оглядел окна домов: опыт с ментом не прошел даром, от этих казачков вполне можно было ожидать хороший заряд жакана из двух стволов - за угон транспортного средства. Он даже хотел профилактически всобачить по окнам этих мирных тружеников из автомата, чтобы знали свое место и не высовывались, когда взрослые разбираются, да счел это вовсе пустым ребячеством...
   Хорошо хоть машина завелась сразу. Он вырулил на трассу и погнал как черт.
   Снег лепил прямо в стекла, "дворников", ежу понятно, не было - хозяин снял их, как все, уберегая от покражи. Печка тоже не работала. Единственное, что доставляло Герману мстительную радость, - так это то, что "дворники" без автомобиля гораздо хуже, чем автомобиль без "дворников". Хозяин, поди, проснулся и обнаружил этот