в, вовсе не мед ложками, а совсем наоборот, человека возвышает принадлежность к некоей корпорации, особенно если корпорация эта не идеологическая в своей основе, а боевая... И служит государственным интересам, а значит - всем людям страны. И как бы там ни было наверху, во власти, а внутри группы действует один старый закон: "Если радость на всех одна, на всех и беда одна..." И потом... Практически нам предоставлялась почетная возможность при неудаче любой операции безымянно погибнуть, раствориться где-то в просторах мирового океана, а у девятнадцатилетних пацанов лучше на это спросить согласие.
   В собственную гибель в этом возрасте, как правило, никто не верит, но вполне допускает ее возможность. При всех этих условиях группа становится единым боевым целым. Да и обучение, как выяснилось, велось в расчете на будущую долголетнюю службу: срочники, как правило, получали летех, если с "верхним", или мичманов, если со школой, и продолжали нырять. Да и наше с Сашкой "любительское" обучение нырянию с аквалангом преследовало, кроме чисто технической, вполне конкретную цель: прояснить, что мы за люди и как сочетаемся с уже набранными и работающими в группе бойцами.
   - Короче, когда вас спросили, вы оба дали согласие.
   - Естественно.
   - Как здорово! Это вы были вроде "Альфы"?
   - Не совсем. "Альфа" была могучая спецгруппа, многоцелевая. Вернее - была и есть. Создавалась она первоначально как чисто антитеррористическое подразделение, впоследствии "интересы" группы расширились. Кроме универсально подготовленных бойцов, в "Альфе" были сформированы и группы "узких специализаций" - аналитики, психологи, специалисты по ведению переговоров, были и боевые пловцы. Кстати, по основной специальности - антитеррор - группа "Альфа" до сих пор не имеет себе равных в мире по чистоте и блеску проведения операций по освобождению заложников: