инструментами, стараясь рассматривать их с профессиональным интересом медика, обнаружила маленькую дверцу - за ней оказался туалет и умывальник...
   Ополоснув лицо холодной водой, Лена почувствовала себя вполне сносно.
   Выключила свет... Снова включила... Снова выключила... Какая-то мысль болталась в голове, но она так и не смогла ее внятно разобрать...
   Неожиданно Лена почувствовала, что устала. Очень устала. Подошла к кушетке, решив немножко полежать, завернулась в простыню и незаметно для себя уснула. Ей снилась мама.
   Альбер прошел по коридору, склонился к глазку на дверце. Девушка спала, завернувшись в простыню. Оперативник закурил неизменную сигарету, задумался. Он выполнил все указания Брана. У девчонки сейчас - сильнейшее нервное истощение.
   Чего добивался Бран, Альбер догадался легко: профессионалы знают, что психическое воздействие для достижения той или иной цели куда предпочтительнее физического; ожидание насилия, истязания, особенно в соответствующем интерьере, заставляет работать воображение "клиента" и превращает его в тряпку к моменту решающего разговора... Тем более если вы предполагаете использовать объект впоследствии, вам не нужна физическая развалина, вам нужна послушная "кукла".
   Именно для того, чтобы девушка ощутила свою абсолютную беззащитность перед чужой, неведомой ей и, возможно, злой волей, ее заставили раздеться донага и оставили такой в белой комнате, где не было ничего, кроме никелированного металла и небьющегося стекла...
   Прошло уже часа два, как девушка пребывает в "медкабинете"; за это время она успела "дойти"; потом, Альбер знал это по опыту, наступает безразличие и сонливость, и если человек засыпает, то сон - краткий и беспокойный... При пробуждении человек чувствует себя особенно плохо: он беззащитен, обескуражен, испуган неизвестностью до последней крайности...