- Сто тысяч долларов. В каждой - по двадцать. - Помолчала и добавила:
   - Задаток.
   К этой дерьмовой крашеной бумаге Ветров отнесся спокойно. Рассыпал радужный серо-зеленый ворох по столику, полюбовался на толстощекого Франклина... Продекламировал:
   - Травка зеленеет, солнышко блестит, ласточка с весною в гости к нам - бонжур!..
   Помолчал, закурил "Приму", женщина поморщилась от едкого дыма, вытащила из собственной пачки "Лакки Страйк", тоже прикурила, чиркнув спичкой. Молча смотрела Ветрову в глаза и взгляда не отводила. Только совершенно по-мужски щурилась от разъедающего глаза дыма.
   - А ты - рисковая тетка...
   - Меня зовут Галей...
   - Ну надо же, какое совпадение... А меня - Сашей. Можно - Шуриком. Это кому как нравится. - Он аккуратно затушил бычок в пустой консервной банке из-под кильки, спросил тихо:
   - Кремль бомбить будем?
   - Кремль бомбить не будем, - в тон ему ответила Галина.
   - А тогда - кого?
   - Есть одно зданьице...
   - В Москве?
   - Нет.
   - И не Сонгми?
   - И не Сонгми.
   - Имей в виду, Га-ли-на... Я и в Афгане, и в Чечне ни баб, ни малолеток никогда не мочил. Потому что срать хотел на весь российский генералитет вместе с прочими умниками... Хотя нет, не на весь, это я погорячился... Как видишь, в старлеях покамест. С седой башкой. И капитана мне не получить. И до пенсии год.
   Ни семьи, ни детей. Ладно, это все лирика... Да ты и сама, видать, ушлая... Все про меня прояснила... Идею ты ущу-чила? Ни женщин, ни детей. Если не так, выпили по рюмке и разбежались. О чем был базар - я спьяну никогда не помню.
   - Я поняла. Там нет ни женщин, ни детей.
   - Тогда давай общаться. Как я себе разумею, за работяг да учителей тоже никто таких бабок не даст, даже если снести микрорайон. Бандиты?
   - Вроде того.
   - "Новые русские"?