a comedia", как шутют в ихнем Париже ихние парижанки после того, как партнер кончит.
   "Пропажу" Решетов заметит, только когда снова обратится к файлам. Я сидел и думал: чем-то он занимается по сию пору, как пропел дверной звонок.
   Дмитриев, начальник Галиной "девятки", организовал суровейшую охрану вокруг моей квартиры, пока суд да дело. Я поспешил к двери, но путь мне заступил парниша из его команды, долго рассматривал кого-то в глазок и только после этого открыл. На пороге в сопровождении такого же "костолома-дмитриевца" стоял невысокого роста сухонький старичок в старомодном, шотландской шерсти, пальто до колен; в одной руке он держал ореховую трость, в другой - снятую с лысой, как шар, головы шляпу.
   - Ничего, что в неурочный час? Но полагаю, вам теперь не до сна. Чайком угостите старичка с дороги?..
   Что-то в его облике кажется мне неуловимо знакомым, но я никак не могу понять, что именно...
   "Привратник" принял у гостя пальто и шляпу, старичок церемонно поклонился:
   - Герасимов Владимир Семенович.
   Вот это да! Легендарный Геракл! Человек, с упоминания имени которого начинается изучение любого раздела банковского дела! Патриарх!
   - Сергей Петрович Дорохов, - почтительно жму крепкую сухонькую руку.
   - Весьма рад. С батюшкой вашим, покойным Петром Юрьевичем, был хорошо знаком и даже дружествовал, а с вами познакомиться - только вот когда довелось...
   Ну конечно! Его фото я видел в семейном альбоме. Он там - в компании отца и еще каких-то людей... Впрочем, был на этой фотографии и молодой Константин Решетов...
   Герасимов мельком заглянул в комнату, раскланялся со всеми, предварительно извинившись перед присутствующими, снова обратился ко мне:
   - Сергей Петрович, не могли бы мы переговорить конфиденциально?
   - Конечно, Владимир Семенович. Извольте в кабинет? - спросил я,