яй; ибо не нужно тебе, что сокрыто".
   - Сказки, дед, сказываешь...
   - А жизнь наша - сказка и есть. Только один в ней добрым молодцем живет, другой - серым волком рыщет.
   - Это уж кому как на роду писано.
   Старик задумчиво глядел в оконце. Море стало густо-зеленым, мутным; валы маслянисто перекатывались под низким небом...
   - Писано оно, может, и так... А только есть - важнее.
   - Что?
   - Выбери себе жизнь и - живи.
  
  Глава 8
  
   Быть покойником - дело тихое, но хлопотное. Особенно ежели задача проста, как яйцо, а вот с тем, как ее выполнить... Что есть эта самая База - знал только Корт: субординация в группе соблюдалась свято, равно как и обычное в спецгруппах былых времен разделение: один знает "что", другой - "куда", третий - "зачем". Впрочем, последнее было совсем не обязательно. А сейчас: пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что...
   К утру шторм стих. Саша Бойко добрался до берега не без труда: сказались и усталость, и пусть и небольшая, но кровопотеря, и экономное дыхание в течение почти шести часов. Ничего... Главное - выбрался.
   Домой он объявляться не стал. Брат с сестренкой спокойно живут под присмотром бабушки, к его долговременным порой командировкам все привыкли, и то, что он не объявится какое-то время, ничего, кроме стариковского ворчания, не вызовет. Всем спокойнее.
   К подруге? Тоже дело дохлое. Женщинам, как известно, язык дан вовсе не для того, чтобы скрывать хоть что-то: если женщина не поделилась чем-то с "ближайшей подругой", то сие для нее может просто не существовать! Так куда?
   Лучше всего - в "Альбатрос". Ночной клуб, он же казино, он же... Как водится. Нет, никакого вертепа там не существовало, но мадам имелась. Сейчас уже утро, значит, к ней, прямым ходом, все одно больше не к кому. Нелли Валентиновна Красовская - с ней Саша Бойко крутил любовь