шь. Серега у них.
   - Так выручим, а? Мы поможем.
   - Что я, охренел совсем? Какой от вас толк?
   - Ну, кое-что и мы можем. Вот Танька, к примеру, говорит, что если я на
  кого сяду, то непременно раздавлю.
   - Заткнулась бы ты, а?
   - Сумма и в самом деле значительная, - вмешалась я, - и у нас есть двое
  суток, что-нибудь придумаем. Мы понимаем, основная работа ляжет на тебя,
  бери сто пятьдесят, а нам сто, ну?
   - Чего это ты нашими деньгами швыряешься? - зашипела Люська.
   - Лучше пятьдесят, чем ничего, - огрызнулась я.
   - Пусть подавится, - заревела Люська. - Грабь, сволочь, бери сто
  пятьдесят.
   Однако любовь к брату стоила дороже. Торг продолжался в машине по дороге
  на дачу, хватаясь за сердце, Люська отдавала двести, я смирилась с судьбой и
  в прениях не участвовала.
   На даче я пошла камин растапливать, а Люська, сунув Денису лопату, стеная
  и охая, пошла в сад, но сразу вернулась.
   - Пойдем вместе, поддержка нужна, не пережить мне этого. С моими-то
  нервами.
   Втроем мы подошли к рябинке и замерли: торчала она из земли как-то криво
  и подозрительно.
   - Господи, - ахнула я, а Люська заскулила, пританцовывая рядом.
   Денис стал копать и быстро наткнулся на металлический ящик, поднял его
  чересчур легко и открыл. Ящик был пуст. Лично меня это не удивило, однако я
  охнула, а Люська осела на землю.
   - Ограбили, - взвизгнула она и тут