о. Я думала, что, пожалуй, чересчур долго не
  знала мужчины, потому что мои чувства к Денису сильно напоминали ураган в
  прериях.
   Денис шевельнулся и сказал, гладя мои волосы:
   - В полумраке твоя кожа светится, как раковина изнутри.
   - Тебе пора уходить.
   - Зачем?
   - Не хочу, чтобы Люська видела, как ты выходишь из моей комнаты.
   - Ерунда. Твоя Люська в любом случае все поймет. Какой смысл скрывать?
   - Иногда я делаю глупости, но они важны для меня.
   - Хорошо, я уйду. Только торопиться вовсе не обязательно. Раньше девяти
  они не встанут. Поцелуй меня.
   Потом он спросил:
   - Ты не жалеешь? Я не хочу, чтобы ты мучилась из-за того, что произошло.
   - Я не буду мучиться.
   - Ты больше не чувствуешь себя его женой? Я тихо засмеялась:
   - Ведь я могла лгать, Денис.
   - Конечно, могла. Но мне приятнее думать, что ты говорила правду. Я так
  хочу.
   - Я говорила правду.
   - Ты чудесная девочка, и мне хорошо с тобой.
   - Но это ничего не значит? - спросила я.
   - Забудь обо всей чепухе, что я успел наговорить. Я просто злился.
  Считал, что вы держите меня за идиота. Мне хотелось позлить тебя, вывести из
  терпения, потому что в тебе есть редкое качество.
   - Какое? - спросила я.
   - Достоинство. Мне это казалось притворством.
   - А теперь не кажется?
   - Теперь мне кажется странным, что я совсем неплохо жил без тебя.
   Он включил ночник,