арплаты Президента ...
   Тут, прервав мои размышления, ко Мне подошел двухметровый Роберт
  Макгроу. Он наклонится и сказал так тихо, что эхо прокатилось через весь зал
  и загудело в коричневых трубах, которыми декорирован потолок шереметьевского
  аэровокзала.
   Вадим, -- сказал Макгроу, -- а что скажут таможенники, когда увидят у
  меня десять дюжин гондонов? Мне уже больше шестидесяти, мы приехали в Россию
  на девять дней, а у меня десять дюжин condoms! Что я мог сказать -- зачем
  мне столько?
   Дашь таможеннику пачку condonis, он пропустит тебя без проблем, --
  нервно ответил я, оглядываясь на грузчиков. Ведь среди них обязательно
  должен быть гэбэшник, понимающий по-английски.
   Но зачем тебе столько condoms? Are you goindg to die here [Ты хочешь
  умереть здесь]? -- не унимался Роберт. Из-за его громового голоса на нас
  оглянулись даже две японки из нашей делегации, стоявшие по другую сторону
  багажных транспортеров.
   Это не мне, -- сказал я, краснея под перекрестными взглядами японских
  журналисток и русских грузчиков. --У меня много друзей в Москве. А, согласно
  советской статистике, в СССР на одного мужчину приходится три condoms в год!
  В Воронеже мужчины вообще пользуются надувными шариками вместо condoms, я
  сам читал об этом в советской газете.
   Come on! -- не поверил мне Роберт. Как все американцы, он считал, что
  эмигранты всегда преувеличивают негативную информацию о стране, из которой
  они бежали.
   Японки отвернулись