перед этим Алешей лежали на таможенном столе груда
  детской одежды и распахнутый саквояж, а сбоку, в нескольких шагах, на другом
  столе -- еще один распахнутый чемодан, и над этим чемоданом стояла другая
  таможенница-инспектор -- тоже молоденькая, не старше 23-х. Вдвоем они вели
  досмотр ручного багажа у веснушчатой тридцатилетней шатенки в потертой рыжей
  куртке и стоптанных сапогах. К ногам шатенки жалась худенькая пятилетняя
  девочка в расстегнутой кроличьей шубке, она держала в руках облупленный
  черный футляр скрипки-четвертушки, а из рукавов ее шубки почти до пола
  свисали красные рукавички на шнурках.
   Идите сюда!-- властно звал шатенку Алеша, вынимая из ее саквояжа
  очередной пакет.
   Это что у вас?
   Это лекарство для ребенка.
   Лекарства вывозить нельзя.
   Идите сюда!-- тут же, без паузы, включалась таможенница за вторым
  столом, вынимая из чемодана коробку со стиральным порошком.-- Это что?
   Это стиральный порошок, вы же это видите.
   Стиральный порошок нельзя вывозить в фабричной упаковке. Пересыпьте в
  полиэтиленовый пакет, тогда везите.
   Но где я тут возьму полиэтиленовый пакет?
   Это нас не касается.
   Идите сюда!-- звал Алеша.-- Быстрей! Это что?-- и скосил глаза на
  старуху Фельдман, которая оставила у его стойки один чемодан и пошла за
  вторым.
   Это бутерброды, для ребенка,-- сказала шатенка и показала на дочку.--
  Никакие продукты вывозить нельзя.
   Но это же для ребенка!
   Вам же