прятались за машинами, никого не пропускали и держали
  двери банка под прицелами своих автоматов и пистолетов. А за опущенными
  жалюзи банка стояли грабители и держали полицию на мушках своих пистолетов.
  А на крышах окружающих домов лежали и стояли полицейские снайперы... И вдруг
  откуда ни возьмись -- этот бегущий потный идиот перескакивает через барьер и
  бежит по нейтрально-мертвой зоне неизвестно куда! Я даже кожей почувствовал,
  как сошлись на мне прицелы их автоматов, пистолетов и снайперских винтовок.
  Но что мне оставалось делать? Глядя прямо в дула пистолетов, направленных на
  меня из окон банка, я добежал до полосатых барьеров на углу 16-й улицы,
  перепрыгнул один из них, получил жуткий подзатыльник от какого-то
  полицейского и влетел в подъезд HIAS -- дом номер 200, Парк-Авеню. А еще
  через минуту я прямо из лифта ворвался в кабинет мисс Копелевич.
   Я выиграл! Он хочет, чтобы я писал сценарий!
   Я знаю. Поздравляю... -- сказала она сухо. Неужели пока я бежал сюда,
  этот Алтман позвонил ей и сказал, что ему нравится моя идея?
   Но кто-то должен перевести мой сценарий! Вы заплатите за перевод?
   Мы не вкладываем деньги в кино,-- еще суше сказала мисс Копелевич.
   Но это же в долг! Я отдам с гонорара!-- я вытащил из брюк подол рубахи
  и утер пот со лба и шеи, что вызвало у мисс Копелевич приступ душевной и
  физической боли.
   Мне кажется, -- сказала она, страдая не то от запаха моего пота, не то
  от моего успеха у кинопродюсера, --