могу. Я
  вообще только водку... ничего нет лучше нашей водки, все эти виски да текила
  - чистый самогон, и тот, кто их пьет, просто выпендрежник, а мне
  выпендриваться нечего, все и так знают, что за человек Витя Казарин. Так что
  пью, что хочу, и все мне по барабану.
   В конце концов трепаться ему надоело, и мы выпили. Шампанское оказалось
  вкусным, мартини Витька тоже заказал, но я решила на выпивку не налегать:
  во-первых, я здесь по делу, во-вторых, надо все как следует рассмотреть и
  запомнить, чтоб потом девчонкам рассказать, что в этой "Олимпии"
  интересного. Пока ничего особенного я узреть не смогла, павлинами даже не
  пахло. Правда, был пруд, и не просто пруд, а с водопадом. С двух сторон
  полукруглые мостики. Как человек, не лишенный от рождения чувства
  прекрасного, я констатировала, что в целом это выглядит неплохо, хотя и
  отдает лубком. Вдруг притушили свет, вокруг пруда зажглись невидимые глазу
  светильники-и по ровной глади воды поплыли белые лебеди, невесть откуда
  взявшиеся.
   - Настоящие? - насторожилась я.
   - А то, - обиделся Витька.
   "Да, будет что девчонкам рассказать..." - подумала я.
   Мы еще выпили и закусили, дважды танцевали, а когда опять вернулись к
  столу, Витькина рука оказалась на моем колене, затем переместилась в район
  тазобедренного сустава. Я заволновалась, в том смысле: а на фига мне это
  нужно? И решила, что танцы на Витьку действуют плохо