- Привет, - обрадовалась я, подхватила кота на руки и с некоторым трудом
  (котик был весьма упитан и для кошачьей породы весил более чем прилично)
  потрусила в прихожую.
   - Сокровище мое, - пролепетала Груня, расцеловала кота и сунула его в
  корзину.
   - У, гад, - прошипел Витька, провожая живность недобрым взглядом. - Хоть
  бы пискнул, раз люди зовут.
   - Он глухой, - сурово отрезала Груня, и я вспомнила, что так оно и есть в
  действительности: Пафнуша глух, как тетерев, и взывали мы к нему совершенно
  напрасно.
   Витька нахмурился, а Ряха спросил:
   - Чего ж мы тогда орали?
   Вопрос был вполне уместен, но ответить на него никто не мог.
   - Да мы уйдем отсюда когда-нибудь? - рявкнул Витька. - Или дождемся,
  когда нас менты заметут?
   Напоминание о ментах подействовало, мы резко устремились к выходу. Витек,
  выйдя последним, запер дверь, злобно бормоча под нос:
   - Пусть помучаются... - А я, взглянув на дверь, согласилась с ним.
  Выглядела дверь впечатляюще, так что совершенно непонятно, каким образом три
  трупа, еще не будучи таковыми, смогли в нее войти. Поразмышляв немного, я
  пришла к выводу, что дверь, скорее всего, после прихода Ряхи осталась
  незапертой и троица этим воспользовалась, на свою беду.
   Мои размышления на эту тему были прерваны самым неприятным образом. Едва
  мы вышли из подъезда, как к нему подкатила милицейская машина и из нее
  выскочили крупные мужчины, настроенные самым решительным