ом, и она насмешливо
  предложила:
   - Ну, врежь, если здоровья много...
   - Вот дура, - запричитал Витек, а Ряха дипломатично сказал:
   - Зачем переводить разговор в плоскость взаимных оскорблений. Давайте
  спокойно обсудим проблему.
   Наблюдая, как из подъезда высыпали грозного вида ребята, я робко
  кашлянула и предложила:
   - Может, мы это... обсудим проблему в другом месте?
   Трое моих спутников с некоторым удивлением огляделись и, обнаружив себя
  стоящими в нескольких метрах от стражей порядка, торопливо загрузились в
  джип.
   Груня смотрела в окно, я прижимала к груди корзину с котом, Ряха вел
  машину, а Витек сидел рядом с ним и скрипел зубами. Я-то думала, от злости,
  до тех пор, пока он немного невпопад не произнес свое любимое "ой, блин", а
  Ряха не поинтересовался:
   - Ты чего?
   - Того, - хмуро ответил Витек, - сейчас кишки вылезут...
   - Откуда? - насторожилась Груня.
   - Из брюха, дура, - простонал он и опять заскрипел зубами.
   Ряха резко затормозил, повернулся к другу, легонько приподнял его руки и
  сдвинул полу пиджака, охнул и свел глаза у переносицы. Мы с Груней полезли
  вперед, чтоб взглянуть, чего такого там увидел Ряха, и очам нашим предстало
  весьма удручающее зрелище: на белой Витькиной рубахе расползлось зловещего
  вида багровое пятно.
   - Это чего такое? - испугалась Груня. - Это ты нарочно? Это он нарочно, -
  повернулась она ко мне, - чтоб напугать. Он же придурок.
   - Сейчас одохну,